Творческое фиаско Маяковского в Кисловодске

В сентябре 1927 года Владимир Маяковский прибыл на Кавказские Минеральные Воды. Это была часть его большого юбилейного турне, приуроченного к 20-летию творческой деятельности. Поэт приехал на курорт глубоко уставшим. Вдобавок после выступлений в Крыму он сильно простудился. В Кисловодске Маяковский остановился в престижном «Гранд-отеле», который в наше время известен как один из корпусов санатория «Нарзан». Из-за высокой температуры и обострившейся болезни поэт первые дни почти не выходил из своего номера. Долгожданное выступление перед кисловодской публикой назначили на 13 сентября. Однако организационные накладки и капризы горной погоды с самого начала начали разрушать планы.

Лекцию-доклад под интригующим названием «Всем — всё» перенесли на неудобное для отдыхающих время — на пять часов вечера. Буквально перед самым началом мероприятия в городе прошёл проливной дождь. Сразу после него на парк опустился густой холодный туман. Площадкой для выступления послужила открытая деревянная эстрада-раковина в Нижнем парке, недалеко от Лермонтовской площадки. Из-за сырости и спешки зрителей пришло немного. Все скамейки перед сценой были залиты водой. Вместо восторженного пролетариата, на которого рассчитывал поэт, места заняла типичная курортная публика эпохи НЭПа. Это были дамы в шляпках и мужчины с зонтами. Они шумно усаживались и подкладывали под себя свежие газеты, чтобы не промокнуть.

Когда Маяковский вышел на сцену и своим знаменитым басом начал читать стихи, его голос стал вязнуть в сыром, тяжёлом воздухе. Расслабленная публика привыкла к лёгкой музыке и салонным романсам. Она категорически не воспринимала агрессивный футуристический напор и рваный ритм. Слушатели отвлекались, перешёптывались и демонстративно смотрели на часы. Традиционная для выступлений Маяковского часть с ответами на вопросы превратилась в обоюдное раздражение. Из зала на сцену стали передавать записки с банальными и откровенно мещанскими вопросами. Людей интересовало, почему поэт пишет «лесенкой» и сколько ему за это платят. Другие спрашивали, почему он декламирует так громко. Измученный болезнью и личным кризисом Маяковский терял терпение. Он отвечал авторам записок излишне резко, на грани грубости. Это окончательно разрушило контакт с аудиторией.

После провального концерта поэт пытался найти утешение в местной шашлычной на окраине города. Туда он отправился в компании писателя Александра Сереброва. В шашлычной поэт в сердцах жаловался на засилие обывателей и мещан, которые пришли на смену дореволюционным буржуям. Единственным светлым пятном вечера оказалась группа местной комсомольской молодёжи. В самом конце выступления они подбежали к эстраде с криками поддержки. Однако общего гнетущего впечатления это уже не изменило. Для Маяковского этот визит на Кавминводы стал первым и последним в жизни. Из Кисловодска он уехал в глубокой депрессии, увозя с собой стойкое разочарование в курортном зрителе. Сама поездка осталась в истории города как пример абсолютного культурного непонимания между революционным авангардом и консервативным духом старого курорта.