Кисловодск-2026: Уникальные памятники природы превратят в «декорации» с торговыми лавками?

Глава Кисловодска Евгений Моисеев на пресс-конференции в ТАСС Кавказ анонсировал масштабную модернизацию загородных локаций. В 2026 году Кольцо-гору, Замок коварства и любви и Лермонтовскую скалу планируют изменить до неузнаваемости.

Гора Кольцо: деревянные ступени и выход на хребет

Памятник природы федерального значения планируют сделать максимально доступным.

• Проект: Проектирование нового прогулочного маршрута, который выйдет на сам склон хребта за горой.

• Новшества: Установка деревянных ступеней, чтобы туристы могли подниматься к «кольцу» в любую погоду.

• Вопрос: Насколько оправдан такой массивный «монтаж» конструкций на хрупком песчанике памятника природы?

Замок коварства и любви: «Удобная амнезия» вокруг бювета

Локацию в Аликоновском ущелье превратят в гастрономический центр с акцентом на национальный колорит.

• Смена риторики: Власти обещают открыть бювет Нарзана, закрытый последние 4 года.

• Противоречие: Удивительно, как перевернулись факты. Если ранее администрация и надзорные органы заявляли, что бювет закрыт умышленно ради спасения экологии (из-за отсутствия очистных, стоки отравляли реку Аликоновку), то теперь ситуацию подают просто как «восстановление заброшенного».

• Вопрос: Решен ли вопрос с очистными на самом деле? И действительно ли они были нужны, или многолетнее закрытие под предлогом экологии было лишь инструментом в борьбе за передел контроля над источником?

Лермонтовская скала: «Старая деревня» против тишины

Перед скалой, описанной в романе «Герой нашего времени», начнут закладывать этно-деревню.

• Концепция: Исторические мазанки и каменные постройки в стиле XIX века без современной брусчатки.

• Функционал: Здесь организуют торговлю и создадут гостевые комнаты для ночлега прямо у подножия памятника природы.

Курорт или подмена понятий?

Анализируя планы по «освоению» загородных зон, жители и эксперты видят опасные тенденции:

• Манипуляция смыслами. Ситуация с бюветом у «Замка» вызывает вопросы к прозрачности управления. Когда жесткий экологический запрет внезапно превращается в «бесхозность», которую героически устраняют ради туристов, — это похоже на игру с короткой памятью горожан.

• Потеря лечебного профиля. Когда акцент смещается на увеселительные мазанки и гастрономию, забывается, что Кисловодск — это прежде всего лечебная местность. Напомним наше сравнение: «Использовать уникальный памятник природы для обслуживания торговли — это как заставить опытного врача раздавать рекламные листовки на входе в очередной фестиваль или на платную парковку».

• Прибыль важнее подлинности. Готовность застраивать тихие уголки торговыми лавками и гостевыми домами ведет к тому, что Кисловодск как курорт теряет свою значимость. Монетизация каждого метра лишь легализует техногенную нагрузку в охранных зонах.

Модернизация важна, но она не должна строиться на подмене экологических проблем коммерческими выгодами. Кисловодск — это прежде всего уникальный климат и чистые реки, а не театральные декорации, выстроенные ради того, чтобы турист оставил деньги в центре очередной «точки притяжения».